Подробности
Категория: Новости
Просмотров: 403
Лица общественного сектора Омской области (2025) ч.16 |Сакович Инна Семёновна
председатель Омской областной организации Общероссийской общественной организации инвалидов «Всероссийское ордена Трудового Красного Знамени общество слепых» – Инна Семёновна, расскажите, пожалуйста, как вы пришли во «Всероссийское общество слепых»? Что стало для вас главным стимулом, чтобы заниматься общественной деятельностью? – У меня незрячие родители. Во времена Советского Союза они были членами Общества слепых в Молдавии. Родившись в семье незрячих, я автоматически оказалась в обществе слепых. В 1999 году я переехала в Россию, тогда же стала членом «Всероссийского общества слепых». Я абсолютно уверена в том, что те люди, которые не видят с детства, могу т оказывать более существенную помощь тем, кто потерял зрение, будучи уже взрослыми. У них есть такой опыт, который не наработаешь. Можно быть великолепным психологом или дефектологом, но, будучи зрячим человеком, не наработаешь некоторые нюансы. Вну три человека, который не видит, формируется особый опыт, поэтому я абсолютно уверена, что лучше, чем незрячие, незрячим не поможет никто. Это и сподвигло меня на общественную деятельность. – Чем занимается ваша организация? Какая помощь предоставляется незрячим людям? – Наша организация существует с 1925 года. «Всероссийское общество слепых» в целом и Омская областная организация общества слепых как структурное подразделение занимаются комплексной реабилитацией инвалидов по зрению. Это организация, которая призвана помогать реализовываться инвалидам, не видящим с детства, и помогать тем, кто потерял зрение будучи уже взрослыми людьми, адаптироваться в новой жизни, которая начинается с момента потери зрения. На протяжении 100 лет организация занимается комплексной реабилитацией инвалидов по зрению, защитой их прав и законных интересов: информационной и социокультурной реабилитацией, реабилитацией средствами физической культуры и спорта. Занимаемся всем понемногу, исключая медицинскую реабилитацию. – Какие формы реабилитации для людей с нарушением зрения наиболее востребованы? – Самое большое количество людей приходит к нам для социокультурной реабилитации. Это одно из основных направлений деятельности «Всероссийского общества слепых». Люди поют, играют на музыкальных инструментах, пишут и читают стихи, есть люди, которые танцуют и реализуют себя в актёрском искусстве. В основном это, конечно, культура. Далее идёт спорт. На третьем месте стоит информационная реабилитация. Это обучение использованию компьютера вслепую и невизуальная доступность сенсорных устройств, таких, как смартфон. – Как быстро люди осваивают современные технологии? – Тут всё очень индивидуально. У нас есть женщина, ей за 80. Она прекрасно использует и компьютер, и смартфон. Но, к сожалению, это исключение. Если у человека совсем не получается освоить смартфон, то мы, как минимум, помогаем ему приобрести не сенсорный, а кнопочный телефон, по которому он сможет звонить и писать сообщения. То есть в любом случае он будет адаптирован к той жизни, которая есть здесь и сейчас. Мы ему поможем, мы что-нибудь для него придумаем. Что касается освоения компьютера, то всё зависит от того, для чего он человеку нужен. У нас есть специалист, который обучает незрячих использованию компьютера и сенсорного телефона. Он сам тотально незрячий, но имеет профильное образование программиста. Соответственно, он показывает людям не просто, как это должно быть, а так, как это удобно именно для инвалидов по зрению. Если у человека совсем не получается, а ему нужно что-то сделать с помощью компьютера, например, зайти на сайт Госуслуг, записаться к врачу и так далее, у нас есть ребята, которые сами умеют всем этим пользоваться. И, конечно, любому незрячему человеку, и члену нашей организации, и даже если он не является таковым, мы поможем, подскажем и сделаем всё, что ему необходимо. – Каковы основные источники финансирования организации? Были ли трудности с привлечением средств? – Трудности с привлечением средств есть всегда. Основные источники финансирования – это Министерство труда и социального развития Омской области, которое поддерживает нас на протяжении многих лет. Люди нас слушают и слышат: и министр Ирина Павловна Варнавская, и сотрудники министерства. Это действительно взаимодействие, а не формальная история. Мы знаем друг друга в лицо, можем консультироваться, разговаривать и решать насущные проблемы. Мы также очень хорошо взаимодействуем с администрацией города Омска. С местными бюджетами муниципальных районов Омской области сложнее, но с каждым годом эта работа разворачивается всё больше, и мы ощущаем помощь. У нас есть два филиала, которые находятся на территории города, и четыре филиала, расположенные в районах Омской области. Районов в области 32, поэтому к этим четырём присоединены ещё те районы, в которых у нас филиалов нет. Конечно, это затрудняет работу и взаимодействие с администрациями муниципалитетов. Тем не менее мы находим общий язык, работаем и получаем определённую помощь от них. Спонсоров крайне мало, но они есть. Мы знаем, в какой ситуации находится страна, и тоже нацелены на помощь нашим ребятам, которые находятся в зоне СВО. Гранты — это тоже очень серьёзное подспорье для деятельности организации. Наша организация очень давно и довольно плодотворно участвует в конкурсах социальных проектов различных уровней. Мы выигрывали два раза Президентские гранты. У нас есть гранты от ассоциации «Форум Доноров», от Министерства труда и администрации города Омска. Зарплата штатных работников выделяется организации с расчётного счёта «Всероссийского общества слепых» из Москвы. Те люди, которые дополнительно набираются на квотированные рабочие места, финансируются теми организациями, чьи квоты мы закрываем по соглашениям о трудоустройстве инвалидов. – С какими основными трудностями сталкиваются незрячие люди при трудоустройстве? – Инвалиды по зрению – это самая трудная категория для трудоустройства, поскольку им для работы необходимо специально организованное пространство и рабочее место, что требует наибольших вложений. Так как инвалиды по зрению основную информацию получают не визуально, им нужно адаптироваться в любом коллективе, в любой среде. Незрячие могут работать далеко не везде. Есть компании, которые понимают социальную ответственность перед обществом, но они не представляют, как работать с инвалидами по зрению. Это очень затрудняет процесс трудоустройства инвалидов. У нас всё обусловлено тем, что организация не безразмерна, и набирать инвалидов бесконечно мы не можем. Если говорить об Омской областной организации как об общественной, то сюда можно трудоустраивать людей только с определённой целью – для того, чтобы они помогали другим людям. Они должны уметь это делать. Если мы говорим о предприятии «Всероссийского общества слепых», то там проблема другая. В советское время на предприятии общества в Омске работало 900 инвалидов по зрению. Сейчас их там всего 40. Предприятие могло бы трудоустраивать инвалидов по зрению в большом количестве, потому что есть и площади, и специально приспособленное оборудование. Однако такие предприятия – это ручной труд, и то, что человек произвёл руками, нужно куда-то продать. Как и любое другое предприятие, это коммерческая структура, в основе которой лежат бизнес-процессы. Здесь и возникает проблема: если продукция произведена вручную, у неё повышается себестоимость, и она не выдерживает конкуренции с теми товарами, которые производятся на конвейерах и станках. Трудоустройство инвалидов ограничено именно возможностями сбыта товаров, которые производят незрячие. – Какие основные профессии осваивают незрячие? – Они – великолепные массажисты. В России есть много колледжей, где незрячие получают среднее профессиональное образование по специальности «медбрат» или «медсестра» по массажу. Незрячие также могут быть отличными музыкантами и юристами. Среди нас есть неплохие программисты. Понятно, что в силу отсутствия зрения мало кто из нас может заниматься, например, вебдизайном, но программировать в определённых сферах мы можем. В Москве в Сбербанке и компании «Яндекс» работают ребята, которые совершенно ничего не видят, и занимаются тем, что помогают адаптировать онлайн-услуги компаний для незрячих людей. У меня есть несколько человек, которые получили образование в сфере организации социально-культурной деятельности в ОмГУ, они занимаются социокультурной реабилитацией инвалидов по зрению. Ну и, конечно, осваивают профессию сборщика. У нас на предприятии незрячие люди собирают, например, пластиковые прищепки. Люди собирают мётлы, которыми дворники метут улицы. Также в магазинах стоят автоматы, где лежат контейнеры с маленькими игрушками. Туда бросаешь монетку, и ребёнку выпадает игрушка. Кто-то же должен положить эту игрушку в контейнер, правильно? Работники занимаются тем, что берут контейнер, кладут туда игрушку и защёлкивают крышечкой. Наши инвалиды по зрению участвуют в производстве матрасов. Понятно, что крой и пошив чехла производят люди со зрением, а пикировку ватных матрасов выполняют незрячие. До недавнего времени люди вручную стегали одеяла. Сейчас это делает машина, но если заказ очень большой, женщины всё равно могут стегать одеяла вручную. Среди нас есть и экономисты, хотя гораздо реже, но и такое тоже бывает. – Как вы оцениваете доступность городской инфраструктуры в городе? Нужны ли какие-то изменения? – Оцениваю её неоднозначно. Сейчас уже нельзя сказать, что в городе ничего не сделано для инвалидов по зрению. Сделано, и много. Во многих местах уже есть звуковые светофоры. Пешеходные переходы и остановочные комплексы адаптированы для незрячих тактильной плиткой. Однако в использовании тактильной плитки в Сибири есть проблемы. Плитка ребристая, но когда идут дожди, образуется грязь, которую нужно постоянно вычищать. То же самое и со снегом. С этим есть определённые трудности, но мы поднимаем эти вопросы и на Совете по делам инвалидов при мэре города, и на Совете по делам инвалидов при губернаторе. К нам прислушиваются, но, к сожалению, всё делается не так быстро, как бы хотелось. Отдельная история, которая затрудняет жизнь и людям без инвалидности, – это самокатчики. Это беда не только нашего города, но и всей страны. И проблема даже не в том, что люди плохо управляют электросамокатами и сбивают пешеходов, а в том, что они не понимают, как важно, если ты приехал из пункта А в пункт Б, поставить самокат так, чтобы он не помешал никому другому, кто пойдёт по этой дороге. Очень часто их бросают посреди дороги, а незрячий человек, даже если он идёт с палочкой, может споткнуться об этот самокат и упасть. Ещё один момент, который хотелось бы отдельно осветить, это общественный транспорт. Есть муниципальный общественный транспорт и транспорт, которым занимаются частные перевозчики. Для инвалида по зрению очень важно получать информацию по мере его следования в автобусе. С этим у нас в городе очень непросто. В муниципальном транспорте есть информаторы, и можно услышать и понять, где ты едешь. У частных перевозчиков, особенно в маленьких маршрутках, нет никакой информации об остановках. Мало того, если идёт муниципальный автобус, то он останавливается на каждой остановке, незрячий человек может хотя бы считать остановки, то в маршрутке, которая может и проехать некоторые остановки, незрячий человек не понимает, где находится. Да, сейчас есть возможность в сотовом телефоне настроить навигатор, который будет говорить тебе, где ты примерно находишься. Но дело в том, что сотовыми телефонами, особенно сенсорными, пользуются далеко не все инвалиды по зрению. Пожилые люди плохо привыкают к этим устройствам, у них нет необходимого навыка, а информации в транспорте тоже нет. Мы про это очень давно говорим, вопрос решается. Конечно, нам очень хочется, чтобы завтра у нас всё было идеально. Мы прекрасно понимаем, что так не будет. Но мы очень благодарны властям за ту работу, которая проводится уже сейчас каждый год. Проблемы есть, но все эти проблемы решаемы. – Какие спортивные направления работы развиваются в организации? – У нас есть кабинет здоровья, где любой член организации может просто поддерживать свою физическую форму. Есть возможность заниматься и настольными играми. У нас проходят первенства по шахматам, шашкам, нардам, домино. Ежегодно летом проводится спартакиада по лёгкой атлетике. Люди толкают ядро, бегают, прыгают. С недавних пор в Омской области при помощи Сибирского центра адаптивного спорта «Патриот» стал развиваться «слепой» футбол. Несколько человек занимаются плаванием, посещают бассейны. Есть школа Олимпийского резерва, где тренируются ребята-паралимпийцы – незрячие пловцы. – В организации активно развиваются творческие коллективы. Как вы оцениваете их роль в реабилитации незрячих людей? – Если человек хочет себя реализовать и раскрыть, он может прийти к нам. Мы объективно понимаем, что даже при очень большом желании человек с первой группой инвалидности не может поступить в Колледж культуры, например, на актёрское мастерство. Но если молодому человеку или девушке очень хочется играть в театре, выходить на сцену, они придут к нам и будут заниматься тем, что им нравится. Делать то, что тебе нравится, – это одна из главных целей социокультурной реабилитации. Реабилитация – дело добровольное: человек должен сам захотеть и сам попытаться себя раскрыть. А мы только помогаем. Все коллективы, которые у нас есть, играют очень важную роль. Они помогают человеку чувствовать себя неодиноким. Он не остается один на один со своими мыслями и проблемами. Он приходит сюда, и здесь среди таких же, как он сам, ему, конечно, проще. Проще жить. – Помогает ли организация в случае, если необходимо получить собаку-проводника? – От организации это на сегодняшний день никак не зависит. Необходимость собаки-проводника прописывается инвалиду по зрению медико-социальной экспертизой в индивидуальную программу реабилитации. Если у инвалида по зрению такая запись в индивидуальной программе имеется, то свою собаку он получит. Нужно сказать, что школа собак-проводников, которая находится в Московской области, является единственной в России и на протяжении 60 лет готовит собак. «Всероссийское общество слепых» вносит огромный вклад в развитие этой школы, хотя она и находится на федеральном финансировании, так как это единственное учреждение подобного рода. Сотрудники этой школы много лет работают с незрячими людьми, поэтому знают, как помочь им, как адаптировать собаку к человеку, который за ней приехал, как их подружить. – Как волонтёры помогают организации? – Помощь волонтёров — хорошая штука, но здесь есть одно но. Людям с инвалидностью по зрению, особенно пожилым, сложно довериться человеку со стороны. У нас есть партнёрское соглашение с омским отделением «Союза добровольцев России», однако это не постоянная практика. Мы очень хорошо взаимодействуем с Колледжем профессиональных технологий и с аграрным колледжем. В прошлом году у нас был туристический слёт в Крутинке под названием «Сибирское лето2024». На выездах мы, конечно, общаемся, договариваемся и привлекаем волонтёров. Но это не постоянная работа, а по мере необходимости. Нам всегда попадаются хорошие ребята, в основном студенты. Человек, который будет сопровождать инвалида по зрению, должен обладать определёнными навыками. Кому-то это дано от природы, кому-то – нет. При сопровождении незрячего нужен адаптационный период, чтобы понять, что от вас требуется. Нужно установить определённый уровень коммуникации. Если вы понимаете друг друга, то вопросы снимаются. Если нет, то может не получиться. При этом вы можете быть отличным волонтёром и обеспечивать проведение мероприятий без участия инвалидов, но в случае с сопровождением задача становится специфической. Важно иметь желание вникнуть в эту задачу. Если это получается, то всё хорошо. – Проводится ли инструктаж волонтёров по сопровождению незрячих? – Конечно, у нас есть сотрудник, который читает курсы по ситуативной помощи незрячим. Он обучает волонтёров и сотрудников аэропортов, вокзалов и других учреждений. Существуют определённые правила, которые необходимо соблюдать при сопровождении незрячего человека или же просто при встрече с инвалидом по зрению, которому хотите помочь. Даже в Интернете можно с лёгкостью найти основные рекомендации ситуативной помощи незрячим. – Что для вас лично стало самым большим достижением за время работы в организации? – То, что мне удалось собрать вокруг себя очень профессиональную, дружную, сплочённую команду. Это моё самое большое достижение. Ни один руководитель ничего не сможет сделать в одиночку. Очень важно, есть ли у него команда, на которую он может положиться как на себя самого. Моё самое большое достижение — это люди, которые меня окружают, которые согласились работать со мной. Уже десятый год мы работаем одной командой, двигаем нашу организацию вперёд, помогаем людям с инвалидностью по зрению и развиваемся. Мы — команда. Беседовала Анастасия Ситало, студентка ОмГУ

Издания

Фотоальбомы

Фотоальбом 3
Фотоальбом 2
Фотоальбом 1

Еще фотографии...

Видеоальбомы

НКО и студенты – вместе на общее благо
Обучение служением
Молодежные инициативы на благо омичей

Еще видео...

Консоль отладки Joomla!

Сессия

Результаты профилирования

Использование памяти

Запросы к базе данных